buy generic cialis online fc891b90

Бельтюков Андрей - Секта



Андрей Олегович Бельтюков
СЕКТА
Разумеется, это были крысы.
Ночные твари во множестве шныряли среди поверженных мусорных баков;
некоторые заинтересованно уставились на автомобиль, словно ожидая, когда
откроется дверца. Человек в черном "тандеберде" - в темноте машина казалась
сгустком мрака - на миг, оторвался от своего занятия. Повернувшись, он
направил ночной бинокль в сторону ближайшей кучи отбросов. Крысы в
призрачном зеленоватом сиянии объектива выглядели неправдоподобно,
омерзительно огромными. Их были сотни, а может быть, тысячи. Голые хвосты
волочились сзади, точно дохлые черви. В грязной, сбившейся шерсти
копошились полчища клещей.
"Ч-черт!" Но при свете дня городок выглядел весьма чистеньким.
Человек прибыл в Бакстoн четвертого ноября, в среду, в два часа
пополудни. Около ста восьмидесяти миль от Кливленда; миновав Коннеот, он
свернул с федеральной трассы, пересекая границу штата, проехал Албион и
повернул еще раз - на юг, направляясь по двухполосному шоссе № 40. Не
доезжая двенадцати миль до Мидвилла, возле развилки он увидел табличку:
"Бакстон - 7,5", а ярдах в двадцати за ней у дороги -автозаправку
"Тексако".
Даже летом Бакстон было бы трудно назвать утопающим в зелени. Теперь
же, в конце осени, город казался прозрачным. Он словно сжался в тревожном
ожидании зимних ветров с Великих озер. Припарковав "тандеберд", человек
снял номер в мотеле под вывеской "Добрый выбор" - странное название для
единственного мотеля в городе. Впрочем, все это не имело никакого значения.
Приняв душ и переодевшись, он пешком направился к центральной площади.
Найти ее не составляло труда: Мейн-стрит, единственная улица с десятком
каменных зданий, где-то в середине своей расширялась, точно обожравшийся
удав, образуя пространство, в котором сосредоточилась деловая жизнь
Бакстона. Человек шел, неторопливо читая вывески:
"Локоны Джуди"
"Скобяные товары Майленберга"
"Медвежья пята" ("Пиво от Флинта - выпьешь и пинту".)
Человек толкнул дверь, местами еще сохранившую следы краски, и шагнул
в полумрак заведения. За стойкой бармен, на лице которого выделялся
поразительных размеров хрящеватый нос, старательно протирал сухие бокалы.
Он даже не повернулся на звук тренькнувшего колокольчика.
За столиком в дальнем углу расположились двое.
Кроме них, в забегаловке не было ни души. "Дзиньданг" - надтреснуто
пропел колокольчик у двери. Сидевший лицом ко входу оторвался от своей
кружки.
Дверь отворилась и пропустила мужчину лет тридцати пяти, одетого в
мягкую спортивную куртку серого цвета и черные, безупречного покроя брюки.
Хотя в "Медвежьей пяте" было темновато, Том Моу готов был поклясться, что
на ногах у вошедшего "гуччи" из мягкой коричневой кожи. Прошлым годом на
рождественской ярмарке в Янгстауне Том Моу видел подобные штучки - по
двести долларов пара.
- Гляди, - пробурчал он, отхлебывая пиво и толкая под столом соседа.
Ли Остин медленно (чему немало способствовал шейный радикулит)
повернулся, глянул и так же неторопливо принял прежнее положение.
- Ну, чужак, -Ли вновь припал к своей кружке.
Пиво с отчетливым звуком полилось в глотку, острый кадык задергался с
такой силой, что казалось, вот-вот прорвет дряблую кожу. Вошедший подошел к
стойке, кинул бармену пятерку и с пустой кружкой в одной руке и полным
кувшином в другой направился к угловому столику.
- Вы позволите, джентльмены?
Оба жителя Бакстона молча кивнули, причем одновременно, словно
репетировали это множество раз.
- Джон Росс. Сегодня приеха



Назад